Январские события в Вильнюсе (фото). События в Вильнюсе (1991) Добыть оружие любой ценой

08.11.2021

11 января 1991 года советские войска взяли штурмом телецентр в Вильнюсе. Январские события в столице Литвы произошли почти через год после того, как республика объявила о своей независимости. Драматические события развивались также в Каунасе, Алитусе, Шауляе, Варене.

Сразу после объявления Литвой независимости президент СССР Михаил Горбачев подписал указ «О дополнительных мерах по обеспечению прав советских граждан, охране суверенитета Союза ССР на территории Литовской ССР», в котором предписывалось провести изъятие оружия у населения и организаций Литвы. В ответ Верховный Совет Литовской Республики принял обращение «К народам, правительствам и людям доброй воли мира» с констатацией подготовки насилия «против Литовской Республики и её граждан другим государством» и просьбой «своими протестами противодействовать возможному использованию силы». Тогда же советские десантники взяли в Вильнюсе здание горкома, Высшую партийную школу и дом Политпросвета. Позже началась частичная энергетическая блокада Литвы.

7 января 1991 года правительство Каземиры Прунскене провело либерализацию цен. На следующий день просоветские организации провели митинг у здания Верховного Совета Литвы, участники которого потребовали отмены повышения цен на основные продукты питания, отставки литовского правительства и даже предприняли попытку ворваться в здание. В выступлении по радио и телевидению председатель Верховного Совета Витаутас Ландсбергис призвал сторонников независимости не допустить захвата парламента, правительственных зданий и важнейших объектов инфраструктуры.

Советские власти выразили обеспокоенность ситуацией в Литве и ссылались на многочисленные требования живущих там граждан навести порядок. 8-9 января в республику были переброшены подразделения «Альфа» и Псковской дивизии ВДВ.

9 января митинг в Вильнюсе под лозунгом «Да здравствует СССР!» продолжился. Его участников поддержал президент СССР Михаил Горбачев, потребовавший отмены антиконституционных актов и восстановления действия советской Конституции. В течение дня 11 января советскими частями были заняты Дом печати в Вильнюсе, ретрансляционный телевизионный узел в Неменчине, другие общественные здания в Вильнюсе, Алитусе, Шяуляе. Руководство Верховного Совета Литовской Республики призвало население выйти на улицы и принять участие в охране зданий Верховного Совета, радиоцентра, телебашни, телефонных станций, а МИД Литовской Республики в свою очередь направил в адрес Министерства иностранных дел СССР ноту протеста в связи с «оккупационными действиями на территории республики советских военнослужащих».

К вечеру 11 января было прервано железнодорожное сообщение с Вильнюсом. В 1:00 час ночи 12 января группа вооружённых солдат захватила штаб-квартиру Департамента охраны края на улице Костюшко, а десантники взяли под охрану телефонный усилительный узел Вильнюса, в результате чего на полчаса была прервана связь города с внешним миром. В ночь с 12 на 13 января две колонны советской бронетехники из места своей постоянной дислокации направились в центр Вильнюса, осуществляя движение по всем полосам дороги. Одна, как предполагалось, направлялась к окружённому многотысячной толпой парламенту, другая — к телевизионной башне, где также собралось много народа. Той ночью, при штурме телевизионной башни советскими войсками, погибло 13 человек и, как минимум, 140 были ранены. Атака на здание Верховного Совета не состоялась.

Никто из советских должностных лиц не взял на себя ответственность за события в Вильнюсе. Министерство обороны и МВД сразу объявили о своей непричастности, а Михаил Горбачев в одном из интервью сказал, что он ничего не знал о происходящем в Литве, обо всем ему доложили после окончания событий.

Жертвами январских событий в Вильнюсе стали 15 человек, около 600 были ранены.

"52221"

Начатая М.С.Горбачевым в 1985 году «перестройка» уже к 1989-1990 гг. привела к резкому столкновению сил, выступавших за сохранение СССР хотя бы и в преобразованном виде; новых националистических элит в союзных республиках, заинтересованных в перераспределении политической и экономической власти в свою пользу; и части руководства КПСС, сделавшей ставку на развал единого государства.

Какой позиции в этой ситуации придерживался сам М.С.Горбачев?

11 января 1991 года, т.е. за два дня до событий в Вильнюсе, состоялся телефонный разговор президента СССР М.С.Горбачева с президентом США Дж. Бушем. Этот разговор, длившийся сорок минут, с 16.00 до 16.40, крайне важен для понимания отношения М.С.Горбачева к введению в Литве прямого президентского правления.

Обращаясь к Дж. Бушу, М.С.Горбачев говорил: «Сейчас на меня и на Верховный Совет оказывается колоссальное давление в пользу введения в Литве президентского правления. Я пока держусь, но, откровенно говоря, Верховный Совет Литвы и Ландсбергис, похоже, не способны на какое-то конструктивное встречное движение.

В ответ на то давление, которое на меня оказывается, вчера я обратился к Верховному Совету Литвы с тем, чтобы они сами восстановили действие Конституции. Однако ситуация и сегодня развивается неблагоприятно. В Литве забастовки, нарастают трудности.

Вы знаете мой стиль. Он, в общем, аналогичен вашему. Я постараюсь исчерпать все возможности политического решения, и лишь в случае очень серьезной угрозы пойду на какие-то крутые шаги.

Дж. Буш: - Я ценю это. Вы знаете, у нас свой взгляд на Прибалтику, но лишь в силу исторических причин. Я ценю ваши разъяснения.

М.С.Горбачев: - Мы будем действовать ответственно, но не все зависит от нас. Сегодня там уже стреляли.

Дж. Буш: - Это плохо.

М.С.Горбачев: - Я сделаю все, чтобы развитие событий не сопровождалось крайностями. Но, естественно, если возникнет серьезная угроза, определенные шаги станут необходимыми» (1).

Как видно из содержания разговора, М.С.Горбачев противился введению в Литве прямого президентского правления. Он был против ограничения демократических процессов в стране, хотя и признавал, что, «если возникнет серьезная угроза, определенные шаги станут необходимыми».

М.С.Горбачев испытывал все возрастающее противодействие, причём с самых разных сторон. И со стороны влиятельной демократической оппозиции, которая вообще выступала за то, чтобы республики Прибалтики получили «свободу». И со стороны части союзного руководства, которая настаивала на введении в Литве прямого президентского правления. И со стороны самих республик Прибалтики. Принять в этих условиях какое-либо решение было непросто. Но М.С.Горбачев такое решение принял. Причем принял намного раньше телефонного разговора с президентом США. Еще осенью 1990 года. Тогда, как пишет в своих воспоминаниях один из бывших руководителей разведывательно-диверсионных служб НКВД-НКГБ СССР П.А.Судоплатов, от высокопоставленного сотрудника КГБ ему стало известно: Горбачев недоволен тем, что процесс демократизации выходит из-под контроля. И тогда же КГБ и вооруженные силы получили приказ подготовить план введения в стране военного положения (2). То есть, если верить этому свидетельству, с осени 1990 года М.С.Горбачев был готов к применению силы.

«13 января 1991 года. 1.50 ночи. Вильнюс блокирован танками и бронетранспортерами. Десантники Советской Армии штурмуют телевидение, радио, министерство финансов. В здании Верховного Совета окна заложены мешками с песком. На площади 100 тысяч народу. У телецентра происходит трагедия - от пуль гибнут 13 человек.

Обстановка в городе была настолько напряженной, что в любой момент мог произойти катастрофический взрыв. Стороны конфликта (военные и гражданские) вели себя вызывающе, провоцировали друг друга» - так события этого дня в книге «Корабль дураков » описывает Витаутас Петкявичус, известный литовский писатель, один из основателей и первый руководитель «Саюдиса», главный зачинатель движения за выход Литвы из состава СССР.

Член Совета президента СССР М.С.Горбачева писатель Борис Олейник с группой депутатов Верховного Совета СССР прибыл в Вильнюс, чтобы помочь найти выход из создавшегося положения. В своем отчете М.С.Горбачеву Б.Олейник писал: «Совершенно растерявшийся Ландсбергис призвал тысячи человек, чтобы они его защищали. Опасаясь штурма, он старался задержать нас в парламенте как можно дольше. Мы же доказывали ему обратное: чем скорее мы начнем переговоры с военными, тем будет лучше для обеих сторон. От этого выиграет вся Литва».

Витаутас Петкявичус продолжает: «В «Саюдис» В. Ландсбергис пришел с кафедры марксизма-ленинизма консерватории (3). Решение о том, что он будет руководить «Саюдисом», было принято на заседании ЦК Компартии Литвы по предложению председателя КГБ Литвы генерала Эйсмунтаса (4). Такое решение не было случайным, а объяснялось тем, что В.Ландсбергис уже много лет сотрудничал с КГБ, искупая вину своего отца, который в годы немецко-фашистской оккупации Литвы занимал должность министра и посылал Гитлеру приветственные телеграммы.

Сразу после войны В.Ландсбергис помог советским карательным органам раскрыть созданную в мужской гимназии «Аушра» (впоследствии - гимназия им. Комсомола) антисоветскую подпольную организацию. Как было сказано на совещании каунасского актива, эта подпольная организация читала и распространяла запрещенную литературу, а один из ее членов, сосед В.Ландсбергиса по парте Алоизас Сакалас, писал тайные воззвания и вербовал кадры для будущей организации.

В.Ландсбергис был и автором отчета-доноса на музыкальную знаменитость Литвы Саулюса Сондецкиса, который якобы поддерживал деятельность своего отца Сонды во Всеобщем комитете освобождения Литвы. Этот комитет действовал в США и ставил своей задачей свержение Советской власти в Литве (5).

В «Саюдисе» «музыкант-интриган» В.Ландсбергис (6) не один раз путал деньги организации с собственными. В частности, на собранные В.Петкявичусом и другими активистами доллары он купил у французов музыкальный синтезатор и другое нужное ему дорогое профессиональное оборудование. В кармане Ландсбергиса исчез и миллион долларов, который собрали канадцы для литовских сирот; туда же провалился и дар норвежцев литовскому народу (7).

«Сегодня многие исследователи «Саюдиса» обвиняют Ландсбергиса в том, что он не был или не хотел быть «честным политиком». Это детское обвинение, - пишет В.Петкявичус, - он не только не хотел, но и не мог быть таким, поскольку понятие «честный политик» считал и продолжает считать абсурдом, предрассудком ограниченных людей». По его мнению, «этот предрассудок необходимо постоянно и без зазрения совести использовать для собственных целей согласно широко распространенной формуле: дела и деньги дураков принадлежат умным» (8).

Вину за трагедию 13 января 1991 года В.Петкявичус возлагает на В.Ландсбергиса. Именно «на совести Ландсбергиса и Аудрюса Буткявичуса, - пишет он, - кровь тринадцати жертв», погибших в ночь с 13 на 14 января 1991 года во время захвата советскими десантниками Вильнюсского телецентра. «Это по их воле несколько десятков переодетых пограничников были размещены в Вильнюсской телебашне. Они стреляли сверху вниз боевыми патронами», в то время как «участники штурма... стреляли снизу холостыми... О том, как все было, мне рассказывали... несколько пострадавших пограничников. Они пытались восстановить правду через прессу, но ничего не могли доказать, поскольку были вычеркнуты из числа защитников».

После штурма Аудрюс Буткявичус рассказывал в одной лондонской газете: «Нужно было разъярить толпу. Размещая в башне переодетых солдат, я очень рисковал» (9).

Б.Олейник писал в отчете М.С.Горбачеву: «Военные были до крайности раздражены. Командиры жаловались, что в последнее время они подвергались травле не только со стороны печати, радио и телевидения, но и со стороны гражданского населения, которое забрасывало их камнями, обзывало оккупантами и без перерыва митинговало перед воротами Северного городка (10). Напряженность усиливали жены и дети военных, прося защиты от постоянных издевательств и оскорблений.

Относясь с пониманием к их боли, я все же пытался выяснить, кто дал приказ штурмовать 13 января телебашню. Командиры ответили, что военные двинулись сами, желая помочь своей депутации, которая направлялась в парламент с петицией, но в пути была остановлена и избита. Несмотря на это, мы все равно требовали показать приказ или сказать, кто из Центра его отдал.

Генералы несколько раз уходили в отдельную комнату советоваться, а мы в ожидании ответа курсировали между военными и Ландсбергисом, пока в 22 часа 14 января не усадили обе стороны за стол переговоров. Наконец, мы вынудили отменить приказ о введении в Вильнюсе комендантского часа. Тогда и люди стали расходиться от парламента».

Далее Б.Олейник высказывает предположение, что штурм Вильнюсской телебашни осуществлялся с ведома и согласия Горбачева, но о штурме знал и Ландсбергис. «...Сами военные без приказа или устного разрешения не могли даже тронуться с места, - пишет Б.Олейник, - и эта трагедия, Михаил Сергеевич, произошла не без Вашего ведома. Так было в Карабахе, Сумгаите, Баку и Оше, так было в Фергане, Тирасполе, Цхинвале и Тбилиси... Работал один сценарист, но, самое странное, с обеих сторон. Кто отдал приказ, кто нашептал, кто велел Ландсбергису заранее, за два дня собирать людей к парламенту, если Вы ничего не знали о штурме?

Почему было разрешено задержать и избить русскую делегацию, если Ландсбергису сообщили о ней заранее?

Почему позволяли Терляцкасу и ему подобным учинять безобразия перед Северным городком?

Кто предупредил Буткявичуса о том, что, во избежание кровопролития, в штабе было принято решение стрелять холостыми? Он в течение двух дней кричал об этом по радио и через мегафон...» (11)

Трагические события в Вильнюсе вызвали мощную волну протеста во всем Советском Союзе и, в первую очередь, в Москве. М.С.Горбачев стал объектом всеобщей критики. Помощник М.С.Горбачева Анатолий Черняев сделал 13 января 1991 года такую запись в своем дневнике: «Не думал я, что так бесславно будет заканчиваться так вдохновляюще начатое Горбачевым. Утомляют растерянность и, увы, беспорядочность в занятиях, какая-то «спонтанность» в делах, а главное - склонность верить «своим» и в конечном счете именно у них искать поддержку (у КПСС).

Все это привело к «спонтанным» действиям десантников и танков в Прибалтике и кончилось кровью. Говорят, в Вильнюсе 180 раненых и 14 убитых за одну ночь!

Радио гудит от оскорблений и обвинений Горбачева. Уже российские депутаты публично произносят: «Горбачев и его клика», «Горбачев - величайший лжец нашего времени», «Он обманул всех и Ельцина в первую очередь», «Режим пакостный», «Его режиму служить не буду»...

Радио продолжает вопить. Я фиксирую, что успеваю: «Горбачев подбирается к российскому парламенту». «Вильнюс - это дело рук марионеточного комитета спасения Литвы, который прикрывает Горбачев»... Сообщается, что 6 человек из 14 убитых в Вильнюсе не опознаны, потому что изуродованы их лица.

«Кровавые победы Советской Армии над собственным народом», «Черные полковники правят бал», «Людей убивают за то, что они хотят быть свободными».

Звонки на радио, которые тут же даются в эфир: «Мне стыдно, что я русская», «Горбачев хуже, чем Гитлер», «То, что в Литве - это сигнал всем республикам»...

Юрий Афанасьев, Старовойтова, Черниченко, Станкевич возглавляют митинг на Красной площади. Потом прошли во главе манифестации по улицам, подняв свои депутатские удостоверения. Толпа скандирует: «Свободу Литве», «Позор палачам!»...

Литовское дело окончательно загубило репутацию Горбачева, возможно, и пост...

Ельцин отбыл в Таллин «для обсуждения ситуации» с лидерами Прибалтики. Он же на Совете Федерации был «закоперщиком» (горбачевский термин) резолюции, осуждающей акцию в Литве» (12).

Из дневника Анатолия Черняева: «Депутат ВС СССР Вульфсон рыдает по телефону: «Анатолий Сергеевич, спасайте! У нас (в Риге) завтра будет то же самое (что в Вильнюсе). Куда смотрит парламент? Где депутаты?» (13)

В 4.45 утра по радио выступил заместитель председателя Верховного Совета Дайнис Иванс, который призвал жителей выйти на баррикады для защиты демократии.

В состоявшейся в этот же день на набережной Даугавы вселатвийской манифестации Народного Фронта Латвии, по данным прессы, приняли участие 800 000 человек (14).

Многие политики события 13 января 1991 года оценивают как вершину единения латвийского общества. Дайнис Иванс: «Очень важно, что на баррикадах были люди разных национальностей. Возможно, иногда число русскоговорящих участников несколько завышается. Но то, что латвийское общество тогда переживало пик единения, не виданный ни раньше, ни позже, - это абсолютно ясно» (15).

Таллинский договор

Как и ожидалось, руководство РСФСР во главе с Ельциным Б.Н. использовало события в Вильнюсе для дальнейшей дискредитации союзного Центра, сработав на ускорение развала Советского Союза. Ельцин Б.Н. срочно приехал в Таллин, где 13 января 1991 года им вместе с руководителями трех прибалтийских республик было сделано совместное заявление о взаимном признании сторонами государственного суверенитета друг друга и готовности оказать поддержку и помощь друг другу «в случае возникновения угрозы их суверенитету». Одновременно были также подписаны договоры «об основах межгосударственных отношений РСФСР с Эстонией и Латвией».

В статье III договора Латвийской Республики (ЛР) и Российской Федерации (РФ), который в Таллине от имени Латвийской Республики подписал председатель Верховного Совета Анатолий Горбунов, говорилось: «Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика и Латвийская Республика берут на себя взаимные обязательства гарантировать лицам, живущим на момент подписания настоящего Договора на территории Российской Советской Федеративной Социалистической Республики и Латвийской Республики и являющимся ныне гражданами СССР, право сохранить или получить гражданство Российской Советской Федеративной Социалистической Республики или Латвийской Республики в соответствии с их свободным волеизъявлением.

Высокие Договаривающиеся Стороны гарантируют своим гражданам, независимо от их национальности или иных различий, равные права и свободы…» (16)

Строительство баррикад

Спустя несколько часов после подписания в Таллине Анатолием Горбуновым и Борисом Ельциным договора об основах межгосударственных отношений Латвии и России в Риге началось строительство баррикад.

«Еще 11 января никто не знал, что появятся такие баррикады, что в них будет необходимость. Существовал план организации правительства в изгнании, - вспоминал в январе 2007 года бывший лидер Народного фронта Латвии Дайнис Иванс. - Я уже в начале января записал на магнитофонную пленку обращение к народу на случай, если произойдет нападение на радиостанцию. Верховный Совет уже договорился, где нам встречаться после захвата парламента. Все это было нами подготовлено» (17).

Накануне 13 января Д. Иванс из Хельсинки, где проходила Парламентская ассамблея Балтийских стран, вернулся в Ригу, поскольку еще ранее Народным фронтом было запланировано проведение 13 января большой манифестации на набережной Даугавы.

12 января до полуночи шло заседание президиума Верховного Совета. Где-то в половине первого ночи Д. Иванс пришел домой и лег спать. «И вдруг мне звонит работник нашего МИДа и говорит: в Литве стреляют. Я включил радио, - вспоминал Д. Иванс. - А там уже передавали сообщение из Литвы о том, что она просит помощи у всех демократических сил мира. В три часа ночи я прибыл в Верховный Совет. Улицы еще были пусты... В половине четвертого ночи я выступил по Латвийскому радио и призвал всех людей выйти на защиту демократии. Защитить законно избранный парламент и законно избранное правительство.

В то время, пока я говорил, потихоньку начали собираться депутаты Верховного Совета. Уже через два часа улицы стали заполняться людьми. Вот тогда и возникла идея о баррикадах. Кто это сказал первый? Неизвестно. То ли это был Костанда, то ли Юндзис, то ли Шкапарс... А то, что Костанда с Юндзисом фактически первыми начали этим заниматься, - это совершенно точно. Мы приняли решение, что по образцу Литвы мы все-таки должны защитить власть.

Очень большое участие принимали офицеры Советской Армии - они дали много ценных советов. Министр сельского хозяйства Дайнис Гегерс дал приказ стянуть сюда всю тяжелую технику... Когда в 9 утра я с этой же речью выступил на русском и латышском языках по Латвийскому телевидению, мне захотелось плакать - я увидел, как по Островному мосту движется длинная колонна этих страшных тяжелых грузовиков и тягачей. Я увидел, что вся Латвия поднялась и окружает Ригу». Баррикады в Риге выросли практически за одну ночь (18).

Д. Иванс не отрицает того, что если бы баррикады начали штурмовать, то пролилось бы очень много крови. Но баррикады позволили мобилизовать людей. Кроме того, строительство баррикад повлияло на международную общественность. По его мнению, «баррикады - самое значительное событие в латвийской истории» (19).

А вот мнение о баррикадах лидера компартии Латвии на платформе КПСС А.Рубикса: «Сами баррикады я несколько раз объезжал... Ничего такого устрашающего там не было. Всюду шла пьянка, горели костры. То есть это была провокация, а вовсе никакая не борьба. Хотя многие сейчас преподносят это как великое сопротивление и кричат о своих заслугах. Но нигде даже кулачного боя не было...» (20)

В оценке значения баррикад правы и Д.Иванс, и А.Рубикс. Наиболее серьезные баррикады - из предназначенных для строительства фундаментных блоков - были воздвигнуты на узких улочках возле здания Верховного Совета. Во всех других местах - у здания Совета Министров, телецентра и др. - улицы были перекрыты лишь строительной и сельскохозяйственной техникой. Люди, которые грелись у разведенных подле баррикад костров, в том числе и при помощи спиртных напитков - была ведь зима, в случае штурма баррикад не смогли бы оказать практически никакого сопротивления - у них не было оружия. И если бы штурм начался, то погибло бы немало людей. «Но без крови не может быть свободы», - говорил Д. Иванс (21).

Другой вопрос, что штурмовать баррикады, как выяснилось впоследствии, никто и не собирался. По этой причине баррикады с самого начала играли роль политического символа, объединявшего жителей Латвии в их противостоянии с горбачёвской Москвой и демонстрировавшего Западу готовность народа до конца бороться против «коммунистического режима». С этой точки зрения баррикады выполнили свою задачу до конца - они вызвали единение народа, вместе с латышами на баррикадах были русские, украинцы, евреи, представители других национальностей, живущих в Латвии. «Тогда был такой короткий период в истории Латвии, когда власть и народ были практически едины», - подчеркивает Д.Иванс (22).

«20 января около 9 часов вечера колонна автомобилей, направлявшаяся с базы ОМОНа (Отряда милиции особого назначения), появилась в центре Риги. Когда колонна поравнялась с министерством внутренних дел, началась стрельба. Побросав свои машины, омоновцы бросились к МВД и ворвались в него по всем правилам военной тактики - с двух сторон.

Около двух часов ночи «черные береты» неожиданно покинули здание МВД и направились в ЦК Компартии Латвии (ныне - Международный центр торговли). Там колонна простояла полтора часа, после чего вернулась на базу.

Трагические итоги вечера: 8 человек было ранено, 5 - убито. Из них четверо, в том числе операторы группы кинорежиссера Юриса Подниекса Андрис Слапиньш и Гвидо Звайгзне, милиционер Сергей Кононенко и школьник Эди Риекстиньш, погибли в парке у Бастионной горки, милиционер же Владимир Гомонович - между четвертым и пятым этажами МВД.

Со стороны ОМОНа жертв не было» - так о событиях 20 января в статье «Троянский конь особого назначения » пишут журналисты Владимир Вигман и Татьяна Фаст (23).

Кто стрелял? И откуда стреляли? «Черные береты» в один голос утверждают, что обстреляли именно их, они же открыли огонь в ответ. Правда, в деталях они расходились: одни говорили, что их машины были обстреляны со стороны Бастионной горки, другие - что стороны МВД.

Кроме того, обращают на себя внимание показания жителя одного из домов рядом с МВД, служившего раньше в спецназе. В своей коммунальной квартире на пятом этаже еще до первых выстрелов он слышал, что кто-то бежит по крыше. Причем шаги были тяжелые, не дети шалили… (24).

Вилма Упмаце, бывший следователь по особо важным делам Прокуратуры ЛР, обращает внимание также на следующие факты: первый - в комнату на пятом этаже МВД еще до «беретов» ворвались люди, одетые вразнобой, и открыли огонь по омоновским машинам; второй - группа защитников Верховного Совета Латвии, завершивших дежурство, услышав выстрелы, поднялась на крышу студенческого общежития Латвийского университета и видела на Бастионной горке людей в тренировочных костюмах, которые стреляли в сторону МВД. Там же.

Бывший начальник Управления по расследованию особо важных дел Прокуратуры ЛР Рита Аксенока рассказывает о пулемете у памятника Р.Блауманису в парке, из которого вели огонь по МВД.

Есть свидетельства, что по парку стреляли со стороны Прокуратуры ЛССР, с крыльца здания Комитета по архитектуре и строительству.

Бывший следователь по особо важным делам Прокуратуры СССР Валерий Костарев утверждает, что все началось с нескольких одиночных выстрелов откуда-то со стороны, потом же стреляли и от Управления канализации и водоснабжения, и от гостиницы «Ридзене», и с Бастионной горки, и от Лебяжьего домика у канала, и даже от Академии художеств. Людей в гражданском, но с автоматами и радиотелефонами видели у входа в магазин «Орбита» (теперь - «ElkorSport»).

Многочисленные операторы отсняли тьму загадочных эпизодов. На одной видеокассете перед зданием МВД появляются люди в камуфляже и спецназовских масках, которые спешно садятся в машины и уезжают прямо во время перестрелки. На другой видно, как по парку под огнем по-пластунски ползут люди в темной одежде, на третьей - со стороны памятника Свободы вдруг появляется БТР и звучат характерные для его вооружения гулкие выстрелы.

Сохранились и кадры, запечатлевшие грузовик, который в разгар пальбы вылетает по аллее из парка со стороны мостика через канал и, петляя между машинами и людьми, уносится по улице Валдемара. Возможно, это был именно тот грузовик, который видел Юрис Подниекс. Из этого грузовика вышли люди, подобрали труп и выпавший у кого-то из кармана пистолет, затем грузовик умчался (25).

Журналисты Владимир Вигман и Татьяна Фаст ставят вопрос: кому надо было прятать труп? И кем был погибший? Там же рядом были убиты Сергей Кононенко и Эди Риекстиньш. За ними машина не приехала. Как и за погибшими операторами Андрисом Слапиньшем и Гвидо Звайгзне.

Бывший министр внутренних дел Латвии Алоиз Вазнис передал следствию оперативную информацию о том, что еще до вильнюсских событий, т.е. до 13 января 1991 года, в Лиелупе, в Юрмалу, как будто бы из Пскова, прибыла группа примерно из сорока молодых людей, назвавшихся болгарскими спортсменами, но разговаривавших исключительно по-русски. По его данным, они двое суток провели на базе ОМОН в Вецмилгрависе. 20 января автобус привез их в Ригу к зданию Театра оперы и балета, где они пересели в черные «волги» и рассредоточились по городу. Шофер автобуса вскоре умер...

А.Вазнис утверждал, это за болгарских спортсменов себя могла выдавать группа «Альфа» из КГБ СССР (26).

Кто виноват?

В январе 1991 года и в Вильнюсе, и в Риге пролилась кровь. Кто в этом виноват? Сегодня можно лишь предполагать, что первым в числе тех, кто несет ответственность за происшедшее в Литве и Латвии, был М.С.Горбачев, который, возможно, таким образом начал осуществлять план введения в стране военного положения. В то же время вильнюсские и рижские события - это, скорее всего, результат сочетания действий разных политических группировок, заинтересованных как в сохранении, так и в распаде СССР.

Поскольку лидер «Саюдиса» и руководитель Верховного Совета Литвы В.Ландсбергис всегда выступал за выход Литвы из СССР, можно также допустить, что В.Ландсбергиса во главе Движения «Саюдис » поставили те силы в КГБ, которые были ориентированы на распад Советского Союза.

В январе 2006 года, когда в Латвии отмечалось 15-летие январских событий 1991 года, газета «Час » напомнила о сделанных несколько лет назад бывшим начальником Службы охраны края Литвы (такая организация существовала в 1991 году) скандальных разоблачениях. Как заявил этот руководитель, действия против СССР в Прибалтике поддерживались Москвой - той частью руководства Союза, которая сделала ставку на его распад. О проведении силовой акции в Вильнюсе их предупредили заранее. Поэтому удалось не только организовать толпы людей на улицах для ненасильственного сопротивления, но и расставить на крышах своих снайперов - чтобы жертв было побольше и весь мир увидел, наконец, «зверства Москвы» (27).

Таким образом, январские события 1991 года в Вильнюсе - это, возможно, совместное «детище» руководства СССР, руководства Движения «Саюдис» и Верховного Совета Литвы, т.е. тех сил, которые выступали и за сохранение, и за распад СССР.

Политический выигрыш руководства Движения «Саюдис» и Верховного Совета Литвы от такого развития событий очевиден. Резкая радикализация обстановки в республиках Прибалтики объективно приводила к усилению местных националистических движений и настроений сепаратизма в обществе: усиливалась критика в адрес союзного руководства и лично М.С.Горбачева, дискредитировалась идея подписания нового союзного договора, ослаблялись позиции сохраняющихся в республиках компартий на платформе КПСС и союзных органов власти, росла народная поддержка политики Движения «Саюдис» и Народных фронтов Латвии и Эстонии, усиливались настроения в пользу окончательного оформления государственной независимости от СССР.

И в Латвии были силы, заинтересованные как в «уходе» республики из СССР (на таких позициях в это время стоял Верховный Совет), так и, наоборот, в подписании договора о создании обновленного союзного государства. Как и в Литве, в Латвии, среди тех, кто способствовал развалу СССР, было немало людей, сотрудничавших с КГБ. Бывший председатель КГБ Латвии генерал Йохансон в своих воспоминаниях указывает, что 40 депутатов избранного весной 1990 года Верховного Совета были «активными агентами КГБ, доверенными лицами нашей структуры. Многие ярые националы тоже были в свое время нашими агентами» (28).

Рита Аксенока, руководитель Управления по расследованию особо важных дел независимой от Москвы прокуратуры ЛР, которая вела дело Отряда милиции особого назначения (ОМОН), считает, что в качестве сил, заинтересованных в резкой дестабилизации обстановки в республике, выступали, в первую очередь, Компартия Латвии и отдельные «провокаторы», которые оказались и в рядах милиции, и в рядах Народного Фронта Латвии. «У нас не было сомнений, что... нападения направлялись из Москвы, и не без посредничества ЦК Компартии Латвии. А во главе компартии в то время был Алфредс Рубикс... - отмечала она в интервью газете «Latvijas Avīze »в январе 2006 года. - Сегодня мне кажется, что за организацией провокационных акций стояли наши собственные, латвийские, деятели, которые защищали уходящий режим, перейдя на сторону противника. Что это были за люди? Соображения у меня, конечно, были... Но неопровержимых доказательств нет.

У меня была уверенность, что я могу доверять коллективу прокуратуры... А вот милиция еще находилась в подчинении МВД СССР. По этой причине в милиции было мало работников, которым мы могли доверять на все сто процентов. Смело мы могли рассчитывать лишь на несколько человек, в том числе на нескольких сотрудников КГБ, которые больше всего нам помогли в расследовании серии взрывов...

То, что на баррикадах было предательство, я чувствовала, оценивая отдельные акции добровольных защитников порядка. Вспомните, как раз в это время для борьбы с ОМОН, или так называемыми «черными беретами», были организованы «белые береты». В их числе были люди, которые и душой, и сердцем были за независимость Латвии, но, как показали результаты расследования, были среди них и засланные провокаторы. Провокаторы были и в милиции, и в Народном Фронте»(29).

Оценивая в ретроспективе события января 1991 года в Вильнюсе и Риге, можно сделать вывод, что в них участвовали как минимум четыре силы: руководство СССР в лице М.С.Горбачева, которое до определенного момента стремилось избежать насилия; часть руководства СССР, которая выступала за введение в республиках Прибалтики прямого президентского правления, надеясь при помощи силы сохранить страну (в январе 1991 года применение насилия, возможно, санкционировал М.С.Горбачев); часть руководства СССР, которая прямо сделала ставку на развал единого государства; местные националистические движения и Верховные Советы, которые также ориентировались на распад СССР. Из этих четырех сил, по крайней мере, три были или могли быть заинтересованы в резком обострении обстановки, хотя и преследовали при этом разные цели.

Не исключено, что была еще и пятая сила. Альфред Рубикс, в то время лидер латвийских коммунистов на платформе КПСС, считает, что за кулисами январских событий в Латвии, кроме местных сил, выступавших с позиций Народного фронта, стояли США. В кабинете Д.Иванса в Верховном Совете стоял телефон прямой связи с Вашингтоном (30). Вспомним здесь многозначительные слова президента США Дж.Буша-старшего, с которыми он обратился к М.С.Горбачеву во время телефонного разговора 11 января: «Вы знаете, у нас свой взгляд на Прибалтику...»

_________________________________________

  1. Судоплатов П.А. Победа в тайной войне. 1941 - 1945 годы. - М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2005. - Стр. 535.
  2. Петкявичус Витаутас. Корабль дураков: Галерея полит. портретов и шаржей: пер. с лит. В.Мещеряков, Н.Ковякова. - Калининград: ФГУИПП «Янтарный сказ», 2004 год. - Стр. 85.
  3. Там же. Стр. 71.
  4. Там же. Стр. 24-26.
  5. Там же. Стр. 37.
  6. Там же. Стр. 97.
  7. Там же. Стр. 73.
  8. Там же. Стр. 78.
  9. Военный городок в Вильнюсе.
  10. Петкявичус Витаутас. Корабль дураков: Галерея полит. портретов и шаржей: пер. с лит. В.Мещеряков, Н.Ковякова. - Калининград: ФГУИПП «Янтарный сказ», 2004 год. - Стр. 79 - 80.
  11. Балтийский штурм. Неизвестные подробности январских событий в Риге и Вильнюсе. Документы из архива «Горбачев-фонда». Публикацию подготовила Алевтина Рябинина. - «Час», 11 января 2006 года.
  12. Там же.
  13. Балтийское время. Еженедельник НФЛ, № 2 (110), 14 января 1991 года.
  14. Иванс Дайнис: «Пик единения народа Латвии...» - «Час», 23 января 2006 года.
  15. Договор об основах межгосударственных отношений Российской Советской Федеративной Социалистической Республики и Латвийской Республики. 13 января 1991 года, Таллинн.
  16. Там же.
  17. Там же.
  18. Федотов Александр. Альфред Рубикс: «Захватывать власть мы не собирались». - «Телеграф», № 9 (1303), 12 января 2007 года.
  19. Там же.
  20. Федотов Александр. Дайнис Иванс: «Баррикады - самое значительное событие в латвийской истории». - «Телеграф», № 9 (1303), 12 января 2007 года.
  21. «СМ Сегодня», 24 января 1996 года.
  22. Там же.
  23. Там же.
  24. Там же.
  25. Кто стрелял у МВД? - «Час», 20 января 2006 года.
  26. Элкин Абик. Исповедь генерала КГБ. - «Вести сегодня», 18 декабря 2006 года
  27. MūrnieceInāra. Barikādes. Bijaarī nodevība. - “LatvijasAvīze”, 2006. gada21. janvāris.
  28. Ватолин Игорь. По разные стороны баррикад. - «Час», 23 января 2006 года.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.

СССР

В тот же день советские десантники захватили здание горкома . 24 марта они заняли Высшую партийную школу , а наутро - дом Политпросвета .

27 апреля у здания Верховного Совета Литвы прошёл митинг протеста против «оккупации Литвы Советским Союзом», на котором 500 юношей сожгли свои военные билеты «в знак отказа от службы в оккупационной армии» .

Хроника событий

Файл:Lithuania Vilnius TV Tower Soviet attack plans.jpg

План атаки на телебашню

В 20:00 было прервано железнодорожное сообщение с Вильнюсом, в 1:00 час ночи 12 января группа вооружённых солдат захватила штаб-квартиру Департамента охраны края на улице Костюшко, а десантники взяли под охрану телефонный усилительный узел Вильнюса, в результате чего на полчаса была прервана связь города с внешним миром .

В ночь с 12 на 13 января две колонны советской бронетехники (десантники 7-й гв.вдд при поддержке группы «Альфа») из места своей постоянной дислокации (т. н. «Северного городка») направились в центр Вильнюса, осуществляя движение по всем полосам дороги. Одна, как предполагалось, направлялась к окружённому многотысячной толпой парламенту , другая - к телевизионной башне, где также собралось много народа.

Той ночью, при штурме телевизионной башни советскими войсками, погибло 13 человек и, как минимум, 140 были ранены (среди погибших - лейтенант группы «Альфа» В. В. Шатских). Атака на здание Верховного Совета (парламент Литвы) не состоялась.

Впоследствии никто из должностных лиц СССР не захотел взять на себя ответственность. Министры внутренних дел и обороны также уверяли в своей непричастности . Президент СССР М. С. Горбачёв заявил, что он ничего не знал об этой акции ВС СССР , и что о ней ему доложили лишь утром. Позже Горбачёв утверждал, что бойцам из Альфы показали написанный от руки карандашом приказ от его имени, который потом разорвали .

Жертвы

Согласно расследованию прокуратуры Литвы, погибло 15 человек, 900 человек было ранено .

В июне 1996 года уголовное дело, по которому обвинялись 48 лиц, было передано Вильнюсскому окружному суду, но уже в октябре того же года суд отделил и вернул прокуратуре досудебное расследование в отношении 42 лиц, так как они скрывались .

В конце октября 1996 года над М. Бурокявичусом и рядом лидеров литовской компартии был организован суд по делу о гибели людей у вильнюсской телебашни 13 января 1991 года. Им вменялись в вину «попытка изменения государственного строя» и организация выступлений частей ВДВ, КГБ и МВД с целью захвата зданий радио и телевидения.

23 августа 1999 года были объявлены приговоры по этому делу Миколасу Бурокявичюсу, Юозасу Ермалавичюсу, Юозасу Куолялису, Ляонасу Бартошявичюсу, Станисловасу Мицкявичюсу и Ярославу Прокоповичу.

С 1992 года и по настоящее время Генпрокуратура Литвы выдвигает Республике Беларусь требования о выдаче генерала Владимира Усхопчика (командующий Вильнюсским гарнизоном в то время) и майора Станиславы Юонене (тогдашний главный редактор газеты «Советская Литва »), ныне являющихся белорусскими гражданами.

По данным Генпрокуратуры Литвы, за весь период расследования было отправлено 94 ходатайства о правовой помощи в Белоруссию, Россию и Германию , но получены только отрицательные ответы.

В 2010 году в Белоруссии был допрошен Владимир Усхопчик, хотя он и отказался принять присланное ему сообщение о подозрениях в совершении преступлений в Литве.

В настоящее время подозреваемые объявлены в розыск на всём пространстве ЕС , выданы европейские ордеры на арест . Всего по делу проходят 23 подозреваемых, 21 из них - граждане России, и двое - граждане Белоруссии. Четверо подозреваемых умерли. В отношении пятнадцати подозреваемых истек срок давности .

В июле 2011 года в аэропорту столицы Австрии был задержан бывший заместитель командира группы «А» Михаил Головатов , находившийся, по запросу Литвы, в связи с вильнюсскими событиями, в общеевропейском розыске . Вскоре он, однако, был освобождён, что вызвало возмущение литовских властей и правой общественности . Австрийские власти дали достаточное обоснование своим действиям, поставив в итоге МИД Литвы в неловкое положение .

В марте 2014 года один из подозреваемых, Юрий Мель - гражданин России, бывший советский офицер (по версии следствия, Мель находился в танке, который штурмовал телебашню и здание телевизионного комитета), был задержан на границе Литвы и Калининградской области, он помещен под арест.

13 ноября 2014 в литовской генеральной прокуратурой завершено досудебное расследование по делу о штурме 13 января 1991 года телебашни в Вильнюсе. Участники процесса, то есть подозреваемые, их защитники, пострадавшие, гражданские истцы и их представители смогут ознакомиться с материалами досудебного расследования до 12 мая 2015 года. После этого дело из более 700 томов с обвинительным актом будет передано в суд. Всего по делу проходят 69 граждан России, Белоруссии и Украины, служивших тогда в советской армии. Все они подозреваются в военных преступлениях и преступлениях против человечности . Большинство из них проживают за границей, и на их задержание выданы специальные - европейские ордера .

4 июня 2015 года окружной суд Вильнюса заочно оправдал двух бывших командиров вильнюсского ОМОНа Болеслава Макутыновича и Владимира Разводова, постановив, что обвинение в военных преступлениях и преступлениях против человечества было сформулировано заведомо неправильно .

31 августа 2015 года прокуратура Литвы передала дело о штурме вильнюсского телецентра в суд . 27 января 2016 года окружной суд Вильнюса начал рассмотрение дела. Потерпевшими по делу признаны около 500 человек, обвиняемыми - 65, на скамье подсудимых лишь двое - граждане России Юрий Мель и Геннадий Иванов (экс-начальник службы ракетно-артиллерийского вооружения 107-ой мотострелковой дивизии ВС СССР) . Среди лиц, привлеченных к уголовной ответственности, находятся бывший офицер КГБ Михаил Головатов, бывший министр обороны СССР Дмитрий Язов , бывший командующий вильнюсским гарнизоном Красной Армии Владимир Усхопчик, бывший второй секретарь Компартии Литвы Владислав Швед , бывший секретарь ЦК Компартии Литвы Альгимантас Науджюнас.

Суд также принял решение удовлетворить ходатайство сына погибшего во время январских событий Аполинариса Юуозаса Повилайтиса - Робертаса Повилайтиса и привлечь в качестве свидетеля бывшего президента СССР Михаила Горбачева . На Михаила Горбачева как на лицо, возможно имеющее информацию об обстоятельствах слушаемого дела, неоднократно указывали свидетели. .

В июле 2017 года стало известно, что в список обвиняемых включены еще два гражданина России (их имена власти Литвы не раскрыли) .

Заявление ГД РФ о судебном процессе по уголовному делу.

В ноябре 2016 года Государственная Дума Российской Федерации сделала заявление о судебном процессе по уголовному делу о событиях 13 января 1991 года.

Выход союзной республики из состава СССР не является одномоментным процессом, датой обретения независимости Литовской Республикой следует считать 6 сентября 1991 года - день принятия Постановления Государственного Совета СССР «О признании независимости Литовской Республики». После принятия данного постановления последовали международное признание Литовской Республики и ее вхождение в ООН.
При этом граждане бывшего СССР обвиняются в преступлениях, предусмотренных рядом статей Уголовного кодекса Литовской Республики 2000 года, причем в редакции, вступившей в силу 31 марта 2011 года, в то время как рассматриваемые события имели место 13 января 1991 года.
Вместе с тем согласно статье 7 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года никто не может быть осужден за совершение какого-либо деяния или за бездействие, которое согласно действовавшему в момент его совершения национальному или международному праву не являлось уголовным преступлением. Аналогичные положения содержатся в статье 11 Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 года и статье 15 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года. Налицо неприкрытые попытки литовских властей из конъюнктурных соображений и из-за превратно понимаемой ими политической целесообразности нарушить один из основных принципов правосудия - недопустимость придания уголовному закону обратной силы.

Версии гибели людей

Официальная версия Литвы

Согласно официальной версии властей Литвы, все раненые и погибшие пострадали от действий советских войск .

Альтернативные версии

Версия Невзорова

В материалах серии интервью местному еженедельнику «Обзор» за апрель-июль 2000 года бывший в 1990-1991 гг. начальником Департамента охраны края Литвы (фактически - министр обороны) А. Буткявичус говорит о том, что сторонники независимости Литвы хоть и сознательно шли на возможные жертвы, но он вместе с В. Ландсбергисом подготавливал провокации, организуя мирных жителей идти против войск, для того чтобы оплатить свободу Литвы «малой кровью». При этом, рассуждая шире о Саюдисе и агентах КГБ в его рядах, Буткявичус подчеркивал , что «Ни у кого из моих людей оружия не было. Его не могло быть, потому что именно на это опиралась вся наша стратегия: показать, как военная машина Центра нападает на невооружённых людей». Лидер литовских коммунистов Бурокявичус также утверждает, что в толпе людей работали «боевики-провокаторы Буткявичюса», близкого соратника В. Ландсбергиса, а также «прибывшие из Польши американские специалисты по боям в городских условиях» .

Эти же сведения [ ] подтверждал литовский писатель и общественный деятель Витаутас Петкявичюс , в качестве главы Комитета по национальной безопасности литовского Сейма (1993-1998), лично знакомившийся с материалами уголовного дела по факту гибели людей у телебашни .

По сведениям, собранным газетой «Советская Россия », гибель всех людей в ту ночь именно от рук советских военнослужащих - не была доказана. По данным газеты, один из погибших якобы был застрелен из винтовки Мосина образца 1891 года , давно снятой с вооружения советской армии (но имевшейся в некотором количестве на вооружении у повстанцев ), а некоторые жертвы погибли от наезда автомобиля. Газета также отмечает, что прокуратура Литвы проигнорировала заявление бывшего председателя Комитета по национальной безопасности литовского Сейма В. Пяткявичюса о том, что в ночь на 13 января 1991 года около 20 боевиков литовской организации «Саюдис» с крыш соседних домов стреляли по собравшимся людям .

Палецкис

См. также

Ссылки

  • Гущин В. И. Кто стоял за событиями декабря 1990-го - января 1991 года в Литве и Латвии?
  • 1991 год в Литве: взгляд коммуниста Интервью с Ю. Ю. Ермалавичюсом
  • Сборник фотографий и материалов (англ.)
  • Неужели в 1991-м в Вильнюсе «свои стреляли в своих»? Часть 1-я и 2-я. Комсомольская правда 12-13 января 2012
  • Витаутас Плечкайтис: «Не надо заставлять с собой дружить»
  • 14 передача «Исторический процесс» (обсуждение исторических параллелей между твиттерными революциями и Перестройкой , возможность повторения «вильнюсского» сценария, принимает участие А. Палецкис), РТР , 25.01.2012 (видео)
  • Владислав Швед. Литва обвиняет «Альфу» // «Спецназ России» от 31 января 2013
  • МИД РФ обвинил Литву в фальсификации событий 1991 года в Вильнюсе // 26 января 2013
  • Литва хочет судить 20 граждан РФ и Белоруссии // РБК, 07 мая 2013
  • laisve15.lt - портал 15-й годовщины событий (лит.)
  • События 12-13 января в Вильнюсе (видеохроника)
  • д/ф «Приговоренные. Капкан для группы „Альфа“»
  • On This Day 13 January, 1991: Bloodshed at Lithuanian TV station (неопр.) . BBC News . (англ.)

Литература

Примечания

  1. УЙТИ, ЧТОБЫ ОСТАТЬСЯ... (рус.) , Журнал «Власть» (19.03.1990).
  2. ДВОЕВЛАСТИЕ В ЛИТВЕ: ИСХОД НЕ ЯСЕН (рус.) , Журнал «Власть» (26.03.1990).
  3. Ведомости Верховного Совета и Правительства Литовской Республики. 1990. № 10. 10 апреля. С. 394-395.
  4. ЛИТВА: ДВАДЦАТЫЙ ДЕНЬ НЕЗАВИСИМОСТИ (рус.) , Журнал «Власть» (02.04.1990).
  5. Егор Гайдар . Деньги и судьба империи (рус.) , Независимая газета (3 июля 2006).

13 января 1991 г колонна советской бронетехники направилась в центр Вильнюса. В ходе столкновений митингующих с военными, выступавшими на стороне советской власти, возле телецентра погибли 14 человек, около 700 человек были ранены, 3000 пострадали...

Все началось еще 8 февраля 1990 года, когда парламент Литвы объявил несостоятельным решение Народного сейма 1940‑го о присоединении к Советскому Союзу. В Москве независимость республики не признали и ответили вводом войск, которые заняли в Вильнюсе принадлежащие КПСС объекты, и экономическими санкциями. Литва практически полностью зависела от центра энергетически, чем и воспользовались, попутно еще и урезав поставки продовольствия в мятежную республику. Однако это не остановило литовцев в их стремлении к самоопределению. Бессильными оказались и попытки прокоммунистических организаций помешать окончательному выходу республики из СССР.
Затем были уличные протесты и ввод советских войск, приведшие к гибели мирных активистов.

До сих пор официальный Кремль утверждает, что сторонники литовской независимости стреляли тогда по своим, а в некоторых случаях огонь по демонстрантам вели якобы приехавшие из Польши снайперы, обученные на базах НАТО. При этом никто из руководства СССР внятно не объяснил, почему в Вильнюс нужно было вводить бронетехнику, под колесами которой погибли несколько участников протеста.

Обратный эффект
В апреле 1990‑го началась экономическая блокада Литвы. В ответ литовское общество лишь сильнее сплотилось вокруг идеи самоопределения. Несколько сотен призывников сожгли свои военные билеты, отказавшись таким образом служить в советской армии.

“На радио тогда регулярно давали короткие передачи о том, как утеплять квартиры или готовить еду, чтобы экономить газ и электричество. Например, советовали крупу заливать на ночь кипятком, чтобы на утро уже была готовая каша”, - рассказывает Раса Песлекиене, общественная активистка, принимавшая участие в протестах.

В начале января 1991‑го правительству Казимиры Прунскине, первого премьер-министра независимой Литвы, из‑за блокады пришлось отпустить цены на продукты. Те мгновенно выросли более чем в три раза. Проcоветски настроенное население вышло на улицы с требованием отставки кабинета министров. Члены коммунистической организации Единство попытались даже занять правительственные учреждения. Парламентарии забаррикадировались в здании сейма.

10 января Михаил Горбачев, президент СССР, потребовал восстановить на территории Литвы действие советской конституции. А 11 января “на подмогу” просоветским митингующим и по их “призыву” в Вильнюс вошли советские танки. Тогда почти вся Литва съехалась в столицу защищать парламент.

“Несмотря на сильный мороз, мы дежурили тогда после работы посменно у сейма,- вспоминает Песлекиене.- Был составлен график, по которому каждый город присылал многочисленные делегации. Люди массово сдавали деньги в оргкомитет, несли даже ценные вещи, украшения. Одна незнакомая женщина набросила моей сестре на плечи шубу, поскольку было очень холодно. Уже потом мы рассмотрели, что она была норковой и с этикеткой”.

Вечером того дня спикер сейма Витаутас Ландсбергис несколько раз появился в окне парламентского здания и обратился к митингующим: “Появилась информация, что сегодня планируется штурм. Женщины, уходите домой! Остаются только мужчины”. Однако мало кто из безоружных защитников покинул площадь возле парламента.

Ричардас Дегутис, дипломат, бывший во время январских событий журналистом, рассказывал: “Самое интересное, что общественный транспорт тогда работал всю ночь. И троллейбусы, и автобусы. По Вильнюсу люди свободно передвигались. И никто силой водителей на эту работу не посылал, они сами вышли”.

Ландсбергис вспоминал о тех днях так: “12 января вроде бы было тихо. Я пошел домой, чтобы принять душ и вернуться. Но я не успел ступить в ванну, как мне позвонили, что едут танки. Где‑то около полуночи. Я помчался обратно и всеми доступными средствами призвал всех депутатов срочно прийти в парламент. Мы приняли несколько обращений к правительствам и парламентам мира, сообщая, что уже применяется военная сила, и создали совет по обороне. А потом просто ждали своей участи”.

Танки не прошли

Пока литовцы ждали штурма парламента, бойцы советского спецподразделения Альфа при поддержке ПСКОВСКИХ десантников в ночь на 13 января захватили вильнюсский телецентр.
“Начали поступать сведения, что стреляют в людей, и не холостыми патронами ,- вспоминал Ландсбергис.- Конечно, были застреленные и убитые взрывными пакетами (которые также бросали в лицо людям), раздавленные танками”.

В ту ночь вокруг телецентра, где проходил большой митинг сторонников независимости, погибли 14 протестующих. Среди них была 21‑летняя Лорета Асанавичюте, которую, по одной из версий, прижал к стене и раздавил БТР, а по другой - переехал танк. Около 600 человек ранили.

Раса Песлекиене тогда оказалась в толпе, очень близко к танкам. Чтобы разогнать защитников телецентра, бронированные машины сделали около десяти холостых выстрелов. “Меня тогда оглушило на одно ухо. С тех пор я почти ничего им не слышу. Но я даже в больницу не сразу обратилась - посчитала, что Лорета [Асанавичюте] погибла в таких муках, а я тут со своим ухом”.

Ландсбергис считал, что день 13 января был подобран не случайно. “Воскресенье. Ни парламенты, ни правительства не работают, - вспоминал он.- Еще за два дня до этого было принято [в США] решение об операции Буря в пустыне, то есть нападении на Ирак после его отказа уйти из оккупированного Кувейта”.
То есть и люди расслаблены, и внимание мировой общественности приковано к другой точке на карте.

Пару часов взволнованный спикер пытался дозвониться к Горбачеву. На другом конце провода отвечали, что тот спит. “Просто издевались. Верховный главнокомандующий спит во время такой операции! - с возмущением рассказывал Ландсбергис.- А Борису Ельцину [тогда возглавлявшему Верховный совет РСФСР] я дозвонился. Он набрал Горбачева и сказал напрямую: “Прекратите это безобразие!”
В ту пору Ельцин уже имел больше веса в советском политикуме, чем президент Союза.

Подавления митинга в литовской столице застала врасплох и оказавшихся там зарубежных журналистов. Им пришлось вести репортажи прямо из гостиничных номеров по телефону. На утро о Вильнюсе знал весь мир. В Москве сразу открестились от причастности к вильнюсским событиям. Горбачев заявил, что он ничего не знал об этой акции вооруженных сил и что о ней ему доложили лишь утром. Позже он утверждал, что бойцам Альфы показали написанный от руки карандашом приказ от его имени, который потом разорвали.

Кто виноват?
Возможно, противостояние в Вильнюсе продолжилось бы даже несмотря на вмешательство Ельцина и Запада, но случилось неожиданное: литовцев поддержали москвичи. 14 января те вышли на Манежную площадь с плакатами “Горбачев - убийца”, “Прости нас, Литва”. Политолог Андрей Пионтковский, участвовавший в этом митинге, называет его самой многочисленной манифестацией перестроечных времен - ведь тогда на улицы советской столицы вышли до полумиллиона человек.

Почти сразу после январских событий 1991 года власти Литвы возбудили уголовные дела против 69 граждан России, Белоруссии и Украины, которые проходили военную службу в Вильнюсе в то время. Им предъявлено обвинение в преступлении против человечности. Однако руководство этих стран не выдало преступников. Наказание понесли только “свои” - коммунистические лидеры Литвы Миколас Бурокявичюс и Юозас Ермалавичюс, которые в первые месяцы 1991‑го сбежали в соседнюю Белоруссию. Именно они обращались в январе к Горбачеву с просьбой о вводе советских войск в Вильнюс. В 1994‑м обоих арестовали в Минске литовские спецслужбы. В итоге первый получил 12 лет лишения свободы, второй - восемь.

До сих пор нет единого мнения о том, кто стрелял в протестующих. В январе 1991‑го скандальную славу получили репортажи петербургского журналиста Александра Невзорова.
В них сообщалось, что литовцы якобы сами стреляли в своих, а некоторые трупы привозили из моргов и подбрасывали в самых горячих точках.

Официального вердикта суда по делу пока не существует. Литовская прокуратура лишь в ноябре 2014 года завершила досудебное следствие о событиях вокруг штурма телецентра. В настоящее время Прокуратура Литвы продолжает расследование Во время досудебного расследования под подозрением оказались 79 лиц. Обвиняемыми по делу о военных преступлениях и преступлениях против человечности во время событий 13 января проходят 66 граждан Российской Федерации, Украины и Беларуси, их дела вместе с обвинительным заключением переданы в суд. В отношении 10 подозреваемых досудебное расследование продолжается, трое подозреваемых скончались. Большинство обвиняемых находится за пределами Литвы. Поэтому они значатся в международном розыске, и на их задержание выданы ордера, действительные на территории Евросоюза. Наиболее охотно сотрудничaлa Украина, правоохранительные органы России и Беларуси большинство наших запросов проигнорировали. 27 января 2016 г. должно состояться первое заседание суда по делу о штурме вильнюсского телецентра.

Основная цель заочных судилищ состоит в расширении псевдоправовой базы для подтверждения фактов советской агрессии и военных преступлений против «независимой Литвы» в январе 1991 года. После заочного осуждения советских «военных преступников» литовские власти планируют «обоснованно» поставить перед Россией, как правопреемницей СССР, вопрос о выплате соответствующих компенсаций.

Любому здравомыслящему человеку, знающему фальсификационную подоплеку январских событий, трудно понять логику литовских властей, которые упорно ведут сомнительное дело к переводу в юридическую плоскость межгосударственных отношений.

Такая постановка вопроса, безусловно, заставит Россию всерьез заняться проблемами «советской агрессии» и «военных преступлений». Учитывая массу документальных свидетельств, подтверждающих, что кровопролитие в Вильнюсе было спровоцировано литовскими сепаратистами, негативный исход для Литвы более чем очевиден. Официальная литовская версия январских событий не выдержит объективного расследования. Иными словами, произойдет то, о чем говорится в известной поговорке «Не будили б лихо, пока оно было тихо».

Ссылки литовской стороны на приговоры судов, в том числе и Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), якобы подтвердивших безупречность официальной версии январских событий в Вильнюсе, сомнительны. Абсолютно ясно, что Вильнюсский окружной суд при рассмотрении дела № 1-2-1999 или «дела 13 января» руководствовался политическими соображениями и установками «сверху».

Известно, что в ноябре 1994 года Витаутас Ландсбергис направил в Генпрокуратуру Литвы письмо и брошюру под названием «События 13-ого и Литовское государство». (Брошюра в материалах уголовного дела № 1-2-1999 именуется «Laisvės byla» — «Дело свободы»). Во время первого допроса-беседы с Ландсбергисом следователь Генеральной прокуратуры Литвы К. Бетингис сообщил тому, что основная версия январских событий сформулирована, опираясь на материалы этой брошюры (у. д. № 1-2-1999, т 252, л. д. 153). Сильно, не правда ли?

В 1998 году Ландсбергис, вновь ставший главой Сейма Литвы, направил в Вильнюсский окружной суд письмо с инструкциями о том, как следует судить и наказать литовских коммунистов, обвиненных в попытке государственного переворота. Это письмо также находится в материалах уголовного дела 13 января.

В такой ситуации Окружной суд не только проигнорировал явные свидетельства причастности саюдистов к гибели январских жертв, но и пошел на прямую фальсификацию. Как выяснилось, в протокол заседаний суда не были внесены факты и аргументы, которыми обвиняемые в ходе судебных слушаний доказывали свою невиновность. В итоге Окружной суд 23 августа 1999 года вынес политизированный, а точнее мошеннически сфальсифицированный приговор по делу 13 января.

Апелляционный (20 февраля 2001 года) и Верховный (28 декабря 2001 года) суды Литвы, также являясь заложниками политической системы, согласились с приговором Вильнюсского окружного суда от 23.08.1999 года, фактически не рассматривая его по существу.

Осужденные Ю. Куолялис, Л. Бартошявичюс и М. Бурокявичюс были вынуждены обратиться в Европейский Суд. Сразу уточню, что ЕСПЧ не проводит собственного расследования и не рассматривает спорные уголовные дела по существу, а лишь принимает к сведению аргументацию сторон. Главная его задача состоит в выявлении и оценке процессуальных нарушений, ущемивших права осужденных в контексте Конвенции о защите прав человека.

5 января 2006 года ЕСПЧ принял решение о признании заявлений осужденных литовских коммунистов Ю. Куолялиса, Л. Бартошявичюса и М. Бурокявичюса частично приемлемыми, то есть обоснованными. Но далее в дело вмешался европарламентарий от Литвы В. Ландсбергис. Благо, что ситуация способствовала ему.

Дело в том, что в конце января 2006 года в Страсбурге состоялась сессия Парламентской ассамблеи Европы (ПАСЕ), рассмотревшая вопрос «О необходимости международного осуждения преступлений тоталитарных коммунистических режимов» и принявшая соответствующие рекомендации.

Ландсбергис, используя усиление антикоммунистических настроений в Евросоюзе и, опираясь на поддержку крупнейшей и влиятельнейшей партийной фракции (европейские народники и демократы) Европарламента, членом которой он является, сумел повлиять на «независимый и непредвзятый» Европейский Суд.

В результате был заменен президент судейской коллегии, признавшей обоснованными жалобы литовских коммунистов. Помимо этого в состав коллегии была введена некая Юочене. Она до этого представляла и отстаивала в ЕСПЧ позицию литовской стороны в деле «Куолялис, Бартошявичюс, Бурокявичюс против Литвы». Став судьей ЕСПЧ, Юочене сумела навязать коллегам свою позицию.

Соответственно 19 февраля 2008 года ЕСПЧ огласил новое решение, в котором было констатировано, что права осужденных Ю. Куолялиса, Л. Бартошявичюса и М. Бурокявичюса литовскими судами не были нарушены и они не являлись жертвами политической дискриминации. Вот так Европейский Суд осуществил тиражирование литовской лжи о январских событиях на европейском уровне. Однако от этого ложь не стала правдой.

Первая ласточка, предупреждающая о грядущем фиаско официальной версии январских событий, появилась 4 октября 2013 года в российской телепрограмме «Человек и закон». Зрителям был предоставлен телесюжет, приоткрывший завесу лжи, окружающую трагические вильнюсские события.

Негодованию литовских властей не было предела. Однако никаких аргументов, разоблачающих «лживость» телесюжета, они так и не смогли предоставить. Предпочли испытанный полицейский метод, прекратили трансляцию «Первого Балтийского канала» на Литву.

После этого программа «Человек и закон» еще дважды возвращалась к теме январских событий (11 октября и 1 ноября), но литовская сторона оказалась способной лишь на голословные обвинения российского телевидения во лжи.

В этой связи я хочу представить российскому читателю свидетельства литовских политиков, общественных деятелей и участников январских событий, в том числе и бывших саюдистов из окружения Ландсбергиса, которые наносят сокрушительные удары по официальной версии.

Часть из этих свидетельств уже была озвучена в моих предыдущих статьях, но сегодня ситуация требует изложения этих свидетельств в комплексе, чтобы доказать причастность ландсбергистов к организации январской кровавой трагедии.

Итак, взгляд на вильнюсские события 1991 года с той стороны.

«QUID PRODEST» ИЛИ КОМУ БЫЛО ВЫГОДНО

Первой о том, что январские события были выгодны, прежде всего, тогдашнему председателю Верховного Совета Литвы Витаутасу Ландсбергису, публично заявила известная литовская писательница и активная сторонница независимости Литвы Видманте Ясукайтите. Это произошло 17 июня 1991 года на учредительной конференции регионального отделения Форума будущего Литвы (альтернатива «Саюдису») в городе Пренай.

Ясукайтите сказала: «Печально, что 13 января наши юноши, неизвестно почему пали жертвами у телебашни. Я, вместе с другими депутатами, прибыв к башне, уговаривала ребят уйти, так как нам было известно, что эта провокация была подготовлена В. Ландсбергисом. Но ребята были пьяны и не хотели нас слушать.

Здания телевидения и Дом печати были заняты, так как ландсбергисты оттуда распространяли клеветническую политику. Если бы Ландсбергис был настоящим литовцем, то всего этого не было бы. Советские солдаты выполняли воинский долг, а люди погибли из-за расчетов Ландсбергиса…»

В 1993 году главный организатор кровавой провокации у вильнюсской телебашни, бывший глава Армии охраны края Аудрюс Буткявичюс, будучи на стажировке в Англии, проболтался журналистам о том, что с крыш домов у телебашни стреляли его боевики. Таким образом он пытался показать англичанам свою решающую роль в отражении «советской агрессии малой кровью».

В апреле 2000 года Буткявичюс в интервью газете «Обзор» (№15 / 170) заявил об изначальном планировании январских жертв. Приведу его ответы на вопросы корреспондента «Обзора» Натальи Лопатинской:

— Жертвы январских событий Вы планировали?

— То есть Вы сознательно шли на эти жертвы?

Однако, когда 19 мая 2000 года Буткявичюса пригласили в Генпрокуратуру Литвы, он тут же написал заявление, в котором утверждал, что его высказывания о планировании жертв, опубликованные в «Обзоре», якобы являются измышлением Лопатинской.

Однако «покаяние» в Генпрокуратуре не помешало Буткявичюсу дать новое интервью той же Лопатинской для майского номера «Обзора» (№ 19 / 174). В этом интервью Буткявичюс без тени смущения заявил, что в апрельском номере «Обзора» Лопатинская точно «передала его мысли», поэтому он и согласился на новое интервью.

Новый удар по официальной версии январских событий нанесла книга воспоминаний «Aušros raudoniai» («Зори багряные») Ромуальдаса Озоласа, одного из активнейших саюдистов, ярого русофоба и бывшего вице-премьера в правительстве К. Прунскене. Она была издана в 2010 году. В ней Озолас дал весьма нелестную характеристику Ландсбергису.

«Цинизм Ландсбергиса не имел границ. Хотя бы подождал, когда выяснится количество жертв, когда будет расследовано, как это произошло. Кто были те трусы, фальсификаторы, которые не сказали людям, зачем они созываются? Тогда бы люди шли на смерть по своей воле. А так — умерли обманутыми» (стр. 177).

Упомянул Озолас и о планировании январских событий: «Известно и о планировании ночных событий. Поэтому люди были созваны специально. Организаторы хорошо знали, что на американцев действует один аргумент — убийство безоружных. Вот и были брошены под танки безоружные люди» (стр. 199).

С этим утверждением Озоласа согласился весьма уважаемый в Литве политик Витянис Повилас Андрюкайтис. Он родился в семье ссыльных на берегу моря Лаптевых. В симпатиях к советской власти его не заподозришь, но в оценках он объективен.

В своих воспоминаниях «Vytenio Povilo Andriukaičio gyvenimo interviu» (Жизненное интервью Витяниса Повиласа Андрюкйтиса), изданных в 2012 году, он отметил: «Следует согласиться и с другой мыслью Р. Озоласа, зная о том, что некоторые литовцы, вернувшиеся из США, говорили, что в случае пролития крови США ужесточили бы позицию в отношении М. Горбачёва и, возможно, даже ускорили процесс признания независимости Литвы» (стр. 299).

Помимо этого Андрюкайтис привел пример, подтверждающий, что Ландсбергис жаждал кровопролития. «Хорошо помню, каким подавленным и убитым вышел из кабинета Ландсбергиса профессор Чесловас Кудаба. Он мне лишь сказал: «Им теперь кажется, что нас признают. Как же, «уже пролилась невинная кровь». Ужас! Надо ли было это?.. Ведь должны были избежать крови!.. А им кажется иначе!»

О том, что Ландсбергис и его окружение готовили кровавый спектакль, знали большинство депутатов Верховного Совета Литвы. 27 февраля 1991 года об этом на закрытом заседании ВС весьма недвусмысленно заявил бывший премьер-министр Литвы Альбертас Шименас. Он сказал, что в ночь на 13 января 1991 года: «…не участвовал в работе группы, готовящей переворот, и не был исполнителем спектакля, подготовленного сторонниками Ландсбергиса» Это достаточно весомое подтверждение причастности Ландсбергиса к организации январских событий, которые Шименас назвал «спектаклем».

Весьма ценным свидетелем является английский журналист Дэвид Прайс-Джонс (David Pryce-Jones). В январе 1991 года он был советником Ландсбергиса от правительства М. Тэтчер. В своей книге «Der Untergang des Sowjetische Reichs» («Крушение советской империи») Д. Прайс-Джонс рассказал о встрече с Ландсбергисом на следующий день после трагических ночных событий.

На вопрос Прайс-Джонса кому и зачем нужны были жертвы, Ландсбергис ответил, что «кровь и герои были нужны для свободы». После такого циничного ответа шокированный и даже многое видавший англичанин отметил наличие у Ландсбергиса «железного самообладания. Но оно также раскрывает и устрашающий внутренний мир этого человека».

Об аналогичной реакции Ландсбергиса на известие о кровавых жертвах рассказала в своих воспоминаниях «Mano prisiminimų kraitelė» («Лукошко моих воспоминаний», 2007 год) директор Историко-этнографического музея Литвы Агота Янкявичене-Грибаускайте. Ее еще называли «совестью Литвы». Янкявичене писала: «…помню торжествующий голос Ландсбергиса по радио: «Есть жертвы, есть жертвы!»

Особо следует сказать о свидетельствах первого неформального лидера «Саюдиса», литовского писателя и политика Витаутаса Петкявичюса. В апреле 2000 года он по литовскому ТВ сделал сенсационное заявление об ответственности литовских саванорисов (savanoriai — добровольцы) за гибель людей у телебашни. Петкявичюсу было о чем рассказать Литве. Ведь он с 1993-го по 1996 год возглавлял Комитет национальной безопасности Сейма.

В 2002 году Петкявичюс в интервью газете «Обзор» (14 октября) заявил о том, что Ландсбергис ответственен за кризисную ситуацию в республике в январе 1991 года. «Я дважды участвовал на совещаниях руководства Вильнюсского гарнизона в Северном городке. И обстановка тогда была относительно нормальной. Но потом провокации начались с нашей стороны. И в первую очередь их спровоцировал А. Терляцкас. Люди во главе с ним не пропускали военнослужащих и их жен выйти из Северного городка, плевали им в лицо, всячески оскорбляли. А когда делегация военных с жалобами отправилась к Ландсбергису, ее остановили и избили.

…А вы знаете, что в те дни говорил В. Ландсбергис? «Свободы без крови не бывает!» Вот и спровоцировали кровь. А какой в те дни был поднят психоз!»

В подтверждение напомню, что 6 января 1991 года популярная литовская газета «Respublika» в передовице «В виду развалин» охарактеризовала ситуацию в республике, как «состояние общественного психоза».

В 2003 году Литва зачитывалась книгой Петкявичюса «Durnių laivas» («Корабль дураков»). В ней Петкявичюс не только представил «галерею политических лиц и шаржей» Литвы, но и описал, как республика пришла к январским событиям. Вот что Петкявичюс писал в ней о Ландсбергисе: «…придя к власти, он часто с тоской повторял: «Независимости нужна жертва!» (стр. 78).

В этой связи нельзя не упомянуть свидетельство бывшего активного сторонника «Саюдиса», мэра Вильнюса в 1990-1991 гг., доктора технических наук, профессора Витаутаса Бернатониса. В апреле 2012 года он обратился с заявлением к Генеральному прокурору Литвы Д. Валису с просьбой возбудить уголовное дело против Витаутаса Ландсбергиса «за организацию убийства 14 человек Литвы 13 января 1991 г.»

Это заявление явилось реакцией Бернатониса на лицемерную и тенденциозную книгу Ландсбергиса «Kalte ir аtpirkimas. Apie Sausio 13-ąją» (Вина и искупление. О 13-м Января). Бернатонис в своем заявлении отметил, что он «был не только свидетелем этих трагических событий, но, во многих случаях, участником». При этом особо подчеркнул: «Кровь закипает, когда читаешь тенденциозно поданный, приправленный некоторыми реалиями, фальсификат этого деятеля…»

Бернатонис обратил внимание Генерального прокурора Литвы на то, что в книге «Kalte ir аtpirkimas…» представлено достаточно документальных свидетельств, подтверждающих, что Ландсбергис своими действиями провоцировал кровопролитие, которое позволило бы ему сохранить власть.

Дополнительно сообщу, что еще в начале декабря 1990 года («Teviškės žinios». 6 декабря 1990 года) Минздрав Литвы разослал во все больницы распоряжение о том, что следует подготовить операционные, реанимационные и хирургические отделения к большому потоку раненых. По этому поводу я, как депутат Верховного Совета, 21 декабря 1990 года направил запрос министру здравоохранения Литвы И. Олеке. Ответа не последовало.

О том, как отреагировали вильнюсцы на кровавые события январской ночи, рассказал в своей книге «Мы люди друг другу» писатель и переводчик Георгий Ефремов. «Иду через мост почти в ногу с каким-то взъерошенным человечком. Судя по говору — белорус. Он все что-то бормочет:

— Столько людей созвал на свою защиту! Крови-то не жалеют… Без крови какая свобода! А сам теперь в героях будет ходить.

Это про Ландсбергиса. Спрашиваю:

— Думаете, надо было разойтись и послушно отдать телевидение?

— А Бог его знает, что надо. Я этой ночи никогда не забуду. Раньше можно было еще гадать — отделимся, не отделимся, теперь-то уж все! С такими разве можно в одной хибаре? А Ландсбергу они точно помогли! Как сговорились». Комментарии излишни.

СВИДЕТЕЛИ С ТОЙ СТОРОНЫ

Каждый год приносит новые свидетельства, раскрывающие истинную подоплеку январских событий. В 2012 году сенсацией стала книга воспоминаний Артураса Скучаса (Artūras Skučas) «Записки пехотинца» (Pėstininko užrašai). В январе 1991 года он был начальником охраны Верховного Совета Литвы (ВС) и наблюдал ситуацию с той стороны.

В книге Скучас рассказал, как готовились кровавые события. Он пишет: «В то время я напрямую обратился к А. Буткявичюсу, чтобы он из Каунаса привез дополнительные силы добровольцев. На следующее утро прибыл полный автобус коротко стриженных, татуированных мужчин в спортивных тренингах. Поинтересовался у Буткявичюса, можно ли им доверять и поддаются ли они какому-либо контролю? Ответил, что да… Уже после обеда получил несколько жалоб от женского персонала ВС, что к ним пристают бритоголовые в тренингах.

Вначале это воспринимал спокойно, но когда в слезах прибежала моя подчиненная и рассказала, что при выходе из туалета, находившегося в 30 метрах от моего кабинета, эти типы пытались затолкать ее назад, что вырваться ей удалось, лишь благодаря случайно мимо проходившим людям, тогда мои нервы не выдержали и я обратился к К. Мотеке, которому был подотчетен в вопросах охраны ВС» (стр. 93).

Далее Скучас привел воспоминания своей сотрудницы Расы Юсонене: «Вела наблюдение за лестницами, внезапно слышу русский мат, пошлости от людей с весьма характерными лицами. Я пожаловалась Артурасу (Скучасу), что в здании ВС откуда-то появились бандиты. Артурас поднял шум. Эти типы куда-то исчезли. А. Буткявичюс, вызванный для объяснений, пытался все отрицать, запугивал, наконец, заявил, что я пьяна и мне мерещится.

… (Буткявичюс) объяснял, мол, пригласил тех, кого я называю бандитами, настоящих каунасских мужиков ради святого дела. Мол, если что случится, интеллигенты не будут резать глотки и мозжить головы, не смогут перейти дозволенного, а эти будут, — они привычные» (стр. 94).

После этого разговора каунасские «добровольцы» из здания Верховного Совета исчезли. Но не вызывает сомнений, что «татуированная шпана», так их назвали в ВС, в январскую ночь приняла активное участие в провокациях, которые задумали Ландсбергис и Буткявичюс.

10 января 2013 года на семинаре по обмену «боевым» опытом сопротивления «советским оккупантам» об одной такой планируемой провокации проговорился один из организаторов обороны ВС майор в отставке Альбертас Даугирдас (DELFI.lt, 10 января 2013).

Он рассказал, что было запланировано «вооружить «защитников», которые должны были влиться в толпу и во время штурма Верховного Совета ударить по врагу с тыла». В случае реализации этих планов все закончилось бы кровавой бойней, жертвами которой стали бы безоружные люди, служившие провокаторам живым щитом.

ДОБЫТЬ ОРУЖИЕ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ

Сегодня выясняется, что утверждения ландсбергистов о безоружном ненасильственном сопротивлении не более чем миф. Разрушению этого мифа способствовали признания сподвижников главы ДОКа Буткявичюса. Это бывший начальник обороны Верховного Совета Йонас Гячас, бывший начальник иммунентной (пограничной) службы Департамента охраны края (ДОК) Виргиниюс Чеснулявичюс и бывший начальник отряда обороны ВС Альгимантас Клюнка.

В 2001 году в интервью газете «Lietuvos Aidas» (12 января) они заявили, что «желая добыть оружие, иной раз приходилось быть грабителем». Вот как это было устроено. В структуре пограничной службы ДОКа была организована группа во главе с упомянутым Чеснулявичюсом. Накануне январских событий, прикрываясь вывеской ДОКа, она занималась грабежом школьных кабинетов военного дела, районных отделений Общества охотников и рыболовов, музеев, незаконно изымая спортивное и охотничье оружие.

Это подтверждает «Информация о конфликтных ситуациях, связанных с действиями работников Департамента по охране края», подготовленная МВД Литвы в мае 1991 года. Об этой информации я уже писал в статье «Проклятие Литвы» («Спецназ России» № 2, 2012 год). Тем не менее, хочу повториться.

В «Информации…» на десяти страницах изложены девять фактов незаконного изъятия «доковцами» оружия в январе 1991 года. В каждом случае указана дата совершения правонарушения, его место, фамилии нарушителей и лиц, ставших жертвами, с указанием их места жительства, а в ряде случаев и года рождения. Документ невозможно сфальсифицировать, так как подлинность изложенных в информации фактов легко проверялась в районных отделах внутренних дел Литвы.

Приведу лишь два примера. В информации сообщается, что «10 января 1991 года вечером уполномоченный Департамента по охране края (ДОК) по Вилкавишскому району Юргис Кюнас, нарушая установленный порядок, и при участии ответственного за оружие школьного учителя Ромутиса Будрикиса забрал 26 винтовок малого калибра из Вилкавишской районной средней школы им. С. Нерис… О присвоении ружей в МВД не сообщил. Ю. Кюнас объяснил, что указанные ружья он доставил 13 января ДОКу в Вильнюс по указанию его сотрудника В. Чеснулявичюса.

…11 января 1991 г. примерно в 15.30 час. в Юрбаркский спортклуб радиотехники прибыл работник ДОКа В. Окуновас и два сопровождающие его лица, которые потребовали от начальника этого спортивного клуба В. Крищюнаса отдать оружие и патроны, которые хранятся у них.

Это они мотивировали тем, что выполняют указания генерального директора А. Буткявичюса. Одновременно они предупредили, что, если оружие и патроны не будут отданы, они применят силу».

Всего же согласно информации МВД ЛР «доковцы незаконно изъяли» 100 малокалиберных винтовок, пять пистолетов Марголина малого калибра, пять охотничьих нарезных ружей, пулемет системы Дегтярева, автомат ППШ, винтовку системы Мосина и др. Все это оружие было доставлено в Вильнюс упомянутому Чеснулявичюсу.

Напомню, что Витаутас Петкявичюс в интервью «Обзору» (14 октября 2002 года) заявил, что именно Чеснулявичюс направил 18 так называемых литовских «пограничников» для «защиты» вильнюсской телебашни. В книге «Корабль дураков» Петкявичюс писал: «Они стреляли сверху вниз по толпе боевыми патронами… Я собственными глазами видел, как отскакивали от асфальта пули и пролетали рикошетом мимо моих ног» (стр. 78).

В 1993 году к Петкявичюсу, как председателю Комитета Сейма по национальной безопасности, пришли те самые 18 пограничников с жалобой на то, что их вычеркнули из списков участников событий 13 января. Они рассказали писателю, что после ночных событий «начальник иммунитетной службы Чеснулявичюс с пистолетом в руке поставил их к стенке и заявил, что если они хоть словом заикнутся, что были на телебашне, — с ними будет покончено» («Обзор», 14 октября 2002 года).

О наличии оружия у сторонников независимости свидетельствует информация, размещенная в книге Ландсбергиса «Kalte ir аtpirkimas…» («Вина и искупление…», стр. 279). Там сообщается, что вечером 12 января, накануне кровавых событий по Вильнюсу курсировал автомобиль «Жигули» из Каунаса с багажником, набитым оружием.

В 131-м томе уголовного дела № 1-2-1991 зафиксированы показания Любови Николаевой. В 1991 году она работала на вильнюсской телебашне и в 19 часов 12 января видела там около семидесяти сотрудников ДОКа. По словам Николаевой, все они были вооружены холодным оружием, а примерно пять из них — автоматами.

В этой связи напомню, что 13 января 2011 года в газете «Vilniaus dienа» («День Вильнюса») появилось интервью Антанаса Стонкуса, исполнявшего в 1991 году обязанности начальника криминальной милиции в городе Шилале. Он сообщил, что в ночь на 13 января он вместе с 25 сотрудниками Шилальского отдела милиции находился у вильнюсской телебашни, и все были вооружены.

Напомню, что в 1990-1991 годах на вооружении литовской милиции состояли автоматы Калашникова АК74, стреляющие пулями калибра 5,45 мм. Не вызывает сомнений, что у телебашни милиционеры с автоматами были не только из Шилале.

Окончание в следующем номере.